Кристофер Рид (kris_reid) wrote,
Кристофер Рид
kris_reid

Categories:
  • Music:


БОЕВЫЕ ДЕЙСТВИЯ В КРАСНОМ МОРЕ
С самого начала главной задачей ВМС Египта на Красном море было блокирование перевозок в израильский порт Эйлат, куда до начала боевых действий поступала основная часть ввозимой в Израиль нефти из Ирана. Как уже говорилось выше, еще в августе 1973 года египетские эсминцы Suez и Al Zaffer под общим командованием коммодора Мустафы Кемаля Мансура перешли в Аден, и уже в 14.00 6 октября они вышли в море с целью блокады Баб-эль-Мандебского пролива.

Эсминцы, сменяясь, несли патрульную службу в проливе вплоть до окончания конфликта, останавливая и досматривая проходящие суда, причем в ряде случаев действовали весьма агрессивно (так, в частности, одним из эсминцев было обстреляно американское торговое судно La Salle). Для обеспечения базирования кораблей в районе, удаленном на 1000 миль от Суэца, египтянами было привлечено несколько гражданских судов.

Также в Баб-эль-Мандебском проливе заблаговременно еще до начала боевых действий были развернуты обе находящиеся в Красном море египетские подводные лодки, которые в качестве передовой базы использовали Порт-Судан. Однако на деле египетская блокада оказалась весьма легко проницаемой. Уже в первую ночь войны (с 6 на 7 октября) через нее проскочил шедший из Персидского залива израильский танкер Samson. На входе в Красное море он был безуспешно атакован одной из египетских подводных лодок, выпустившей две или три торпеды, ни одна из которых не попала в цель. Samson благополучно прибыл в Эйлат.

Этот эпизод показал плохую координацию между египетскими силами на Красном море - ускользнувший от подводной лодки танкер так и не был атакован ни эсминцами, ни боевыми катерами. В дальнейшем Израиль полностью отказался до окончания боевых действий от судоходства в свои красноморские порты, целиком переориентировавшись на порты Средиземного моря.

В силу этого за весь период блокады египетские корабли так и не смогли задержать или потопить ни одно вражеское судно, хотя сами по себе блокадные действия, бесспорно, достигли поставленной цели.

В качестве средства "ближней блокады" египтяне прибегли к интенсивному минированию вод у занятого Израилем побережья. Мины советского производства (преимущественно типов "Краб" и АМД) ставились с небольших мобилизованных рыболовных судов по ночам, мелкими банками или одиночно, причем достаточно беспорядочно, без единого плана и точного определения места. Особенно интенсивно минировался пролив Губал на подходах к нефтяным месторождениям Абу-Родес.

В период боевых действий ввиду отсутствия судоходства мины не причинили израильской стороне никакого ущерба, но вскоре после окончания войны Судного дня, в ночь с 26 на 27 октября, на двух минах подорвался и затонул шедший в балласте из Эйлата к нефтяному терминалу Абу-Родес израильский танкер Sirius (42 тыс.т). При подрыве шесть членов экипажа получили ранения, и вся команда (40 человек) была эвакуирована израильскими вертолетами[22].

В целом, минно-заградительные действия египтян создали больше всего проблем им самим - в послевоенное время хаотически набросанные мины стали препятствием для всякого нормального судоходства на южных подходах к Суэцкому каналу, а сам египетский флот продемонстрировал полную неспособность самостоятельно бороться с выставленными собственными же усилиями минами.

При попытках послевоенного траления имели место два подрыва египетских тральщиков, после чего Египет обратился с просьбой об очищении от мин своих территориальных вод к США, Великобритании и СССР. С советской стороны, как известно, эта задача решалась в 1974 году отрядом кораблей во главе с противолодочным крейсером Ленинград с применением вертолетов-тральщиков.

Внезапные наступательные действия египетской армии, предпринятые против Израиля 6 октября, были со стороны Красного моря поддержаны высадкой в тот же день египетских вертолетных десантов силами нескольких групп египетских "коммандос" в глубине израильской обороны на Синайском полуострове. В ряде случаев египетские "коммандос" применяли для высадки малоразмерные быстроходные катера и мобилизованные рыбацкие суда. Высаженные десанты были разгромлены израильскими силами.

Опасаясь повторения подобного рода высадок, израильское командование, несмотря на ничтожность имевшихся в его распоряжении на Красном море сил - пять быстроходных сторожевых катеров типа Dabur, вооруженных лишь 20-мм автоматами и 12,7-мм пулеметами - предприняло ряд активных наступательных действий против египетского побережья с целью истребления подобного рода мелких судов, предназначавшихся египтянами для десантных операций, минирования и пр.

Уже в ночь с 6 на 7 октября два катера типа Dabur совершили рейд в бухту Марса-Таламет на западном берегу Суэцкого залива, где уничтожили большое количество резиновых и рыбацких лодок. Затем в ночь с 8 на 9 октября последовал аналогичный набег на Рас-Заафарни, при этом действия катеров были поддержаны налетом израильской авиации. В ходе этого набега, помимо прочего, израильскими катерами в море было потоплено одно из импровизированных египетских патрульных судов. Несмотря на огонь 130-мм египетской береговой батареи, сами израильтяне не понесли какого-либо ущерба.

Наконец, в ночь с 13 на 14 октября пять катеров типа Dabur атаковали скопление из примерно 50 собранных египтянами вооруженных рыболовных судов в порту Рас-Гариб, без каких-либо потерь со своей стороны потопив 19 из них.

После этого господство и на Красном море фактически перешло к израильской стороне. Египтяне больше не предпринимали попыток к высадке, а их катерные силы пребывали в состоянии пассивности, хотя египетские ракетные и торпедные катера представляли для слабовооруженных катеров типа Dabur самую серьезную угрозу . Не имея возможности вследствие отсутствия на Красном море своих ударных единиц уничтожить катера противника другими способами, израильтяне решили ликвидировать их прямо в пунктах базирования, прибегнув к использованию бойцов 13-й флотилии.

В ночь с 21 на 22 октября боевые пловцы проникли в порт Ардака и с дистанции около ста метров обстреляли американскими одноразовыми РПГ М72 египетские ракетные катера пр.183Р, целясь в ангарные контейнеры с ракетами П-15. Один из катеров взорвался и затонул[23].




К концу боевых действий израильтяне наземным транспортом перебросили со Средиземного моря еще несколько катеров типа Dabur, но принять активное участие в действиях на Красном море им уже не пришлось.

Из других боевых эпизодов на данном театре можно отметить предпринятую в первые дни египетского наступления неудачную попытку израильтян с помощью спецназовцев 13-й флотилии эвакуировать морем на моторных лодках одно из прижатых к морю подразделений своих сухопутных войск у Мезаха, пресеченную интенсивным огнем египтян с берега. Предполагавшаяся Израилем собственная крупная десантная операция на Красном море так и не состоялась вследствие общей военной ситуации, и сосредоточенные на этом театре израильские десантные корабли всю войну провели в бездействии.

После 16 октября прорыв израильских войск на западный берег Суэцкого канала и надвигающаяся катастрофа 3-й египетской полевой армии открывали возможность практической реанимации планов высадки израильских частей к югу от Суэца, но их реализация была остановлена перемирием.

ИТОГИ

Если результаты боевых действий на суше в Октябрьской войне 1973 года до сих пор остаются предметом дискуссий военных историков и даже дают основания арабской стороне заявлять о своей "победе" (правда, относя это почему-то к началу кампании, а не к ее концу!), то успех ВМС Израиля в боевых действиях на море абсолютен и неоспорим. Редко когда морская история видела столь яркие примеры нанесения решительного поражения противнику и завоевания господства на море в самых классических его формах. Фактически уже через неделю после начала кампании ВМС Египта и Сирии на Средиземном море были разбиты морально и материально, загнаны в базы и принуждены к полной пассивности.

Блокадные действия египтян на Средиземноморье были полностью свернуты и доставка грузов морским путем в Израиль осуществлялась без каких-либо помех. В то же время побережье и порты Египта и Сирии сами стали объектами блокады и регулярных и практически безнаказанных нападений израильского флота.

При этом Израиль не понес совершенно никаких потерь в корабельном составе.

Причины этого очевидны. Это в первую очередь резко проявившееся качественное превосходство ВМС Израиля в средствах вооруженной борьбы, основными из которых стали противокорабельные ракеты и средства противодействия им. В Израиле еще при создании своего противокорабельного управляемого оружия поняли, что при наличии таких же по назначению ракет у врага конечный успех будет принадлежать не тому, кто сможет просто применять ПКР, а тому, кто окажется способным более успешно противодействовать ПКР противника. Мало успешно применять оружие - важно столь же успешно ему противодействовать. Эта дальновидность была с лихвой вознаграждена в 1973 году.

Высокоэффективные автоматизированные средства РЭБ стали средством практически "обезоруживания" арабских флотов, в принципе оказавшихся неспособными действовать в условиях ведения радиоэлектронной борьбы.

Вторым важным фактором стало умелое владение вверенными оружием и техникой личным составом ВМС Израиля, четко отработанное и грамотное боевое применение имеющихся сил и средств израильским командным составом, инициативность, агрессивность и настойчивость, проявленные комадованием израильского флота. Имеющиеся в его распоряжении немногочисленные силы использовались с максимальным напряжением - за период конфликта израильские ракетные катера совершили более 100 выходов в море. При этом с самого начала ставилась задача переноса боевых действий к побережью противника, навязывания ему своей воли и захвата инициативы.

Руководство ВМС Израиля осознавало, что более слабые в количественном отношении силы в боевых действиях на море могут компенсировать численное неравенство по отношению к противнику только инициативными наступательными действиями.

В противоположность израильской стороне командование ВМС арабских государств, прежде всего Египта, продемонстрировало практически полное отсутствие воли к достижению поставленных целей. Особенно хорошо это видно на примере блокадных действий в Средиземном море. Именно там, где возможности ВМС Израиля по эффективному противодействию были минимальными, и где египетский флот ждала практически гарантированная "добыча" наблюдается полное сворачивание всякой активности.

При наличии примерно 25 самолетов Ту-16 с большим радиусом действия, практически незанятых в боевых действиях на суше, не предпринималось даже попытки организовать воздушную разведку на путях движения судов в израильские порты (прежде всего на маршруте Крит-Хайфа) и нанесение ударов по ним.

Конечно, можно говорить и о политических мотивациях такого поведения египетской стороны вследствие уже начатой Анваром Садатом переориентации на Запад и нежелания в связи с этим излишне обострять отношения с США нападениями на суда с американскими поставками для Израиля.

Всего ВМС Египта и Сирии выпустили в войне 1973 года, по разным данным, от 52 до 54 ПКР П-15 и минимум 4 береговых ракеты С-2. Ни одна из этих ракет так и не попала ни в одну морскую цель. Из более чем тысячи израсходованных арабской береговой артиллерией снарядов в цель попал только один. ВМС Израиля израсходовали 55 ПКР "Gabriel" Mk1. Согласно официальным израильским данным, в цель попало 85 процентов из них, что представляется преувеличением. Тем не менее, эффективность этих ракет при полном отсутствии у противника средств противодействия им оказалась чрезвычайно высока.

Всего ракетами и артиллерией флотилии израильских ракетных и артиллерийских катеров были потоплены морской тральщик пр.254, восемь ракетных катеров (пять пр.205 и три пр.183Р), один торпедный катер пр.123К, три транспортных судна, два малых судна. Израильской авиацией был уничтожен один ракетный катер пр.205, а израильскими диверсионными силами - два ракетных катера пр.183Р и один малый десантный корабль[24].

На Красном море израильтянами было потоплено большое количество малых плавсредств и мобилизованных рыболовных судов. Военный же и гражданский флоты Израиля никаких потерь в корабельном составе в ходе непосредственно боевых действий с 6 по 24 октября не понесли. Личный состав ВМС Израиля потерял трех человек погибшими (все из состава сил специального назначения - два из 13-й флотилии и один из "Отряда 707") и от 18 до 24 ранеными.

Уникальность морской войны 1973 года в ряду послевоенных локальных конфликтов состоит в том, что она проходила при практически полном отсутствии такой мощной и ключевой силы в современных боевых действиях на море, как авиация. Это объясняется полной загруженностью ВВС обеих сторон напряженными боевыми действиями на сухопутном фронте (за исключением, как уже говорилось, египетских Ту-16, игравших роль "белых слонов"). В то же время ясно, что сколько-нибудь значительное применение авиации одной из сторон оказало бы серьезное влияние на ход боевых действий на море, серьезно осложнив положение противника вследствие явной слабости катерной ПВО всех воюющих флотов.

Еще одним характерным обстоятельством является неприменение на Средиземноморском театре минного оружия, недооценку которого можно рассматривать как серьезное упущение обеих сторон. Даже незначительные оборонительные минные заграждения с арабской стороны создали бы значительные помехи еженощным рейдам больших израильских катеров.

В свою очередь, применение изральтянами мин в качестве дополнительного средства блокирования вражеских портов почти наверняка привело бы к их полной закупорке на очень длительное время - учитывая неподготовленность египетских ВМС к противоминным действиям, продемонстрированную по окончании конфликта.

События 1973 года продемонстрировали, что ракетные катера советской постройки пр.183Р и 205, концептуально ориентированные прежде всего на нанесение "неотразимых" ракетных ударов по крупным надводным кораблям противника, причем, как подразумевалось, без какого-либо противодействия с его стороны, оказались малоэффективными в современном морском бою.

Выяснилось, что "чудо-оружие" - ПКР - вовсе не является неотразимым, а ракетным катерам в прибрежных водах гораздо чаще приходится вести борьбу не с крупными надводными кораблями, а с такими же "легкими силами" и боевыми катерами противника, к чему советские РКА не приспособлены ни в плане характеристик ракетного оружия и количества его боезапаса, ни по радиэлектронному вооружению, ни по фактическому отсутствию на них сколько-нибудь серьезного артиллерийского вооружения.

По сути, ракетные катера пр.183Р и 205 и его модификаций могли действовать только в полигонных условиях - и именно в таких условиях ими были достигнуты вызвавшие определенную эйфорию в СССР успехи в 1967 (потопление Eilath) и 1971 (удары по Карачи) годах. К сожалению, урок 1973 года оказался в значительной мере не востребованным отечественными ВМФ СССР и военным кораблестроением, где вплоть до настоящего времени, как представляется, отсутствует четкий взгляд на развитие прибрежных сил и на их задачи и место в составе флота.



P.S. НАПОМИНАЮ;), что эта статья была взята с сайта http://www.almanacwhf.ru/ Там есть еще много вкусного ничуть не мнее интересного.:))
Tags: война
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 12 comments