September 1st, 2016

Мяу

"Только массовые расстрелы спасут Родину"

Оригинал взят у david_2 в "Только массовые расстрелы спасут Родину"
Моше Гивати, "В их руках закалялась сталь – история ремонтно-восстановительного центра 7100, 1948-1996", стр. 201:

"Когда начался сам процесс производства, Цви Орбах [бригадный генерал, в 1977-1980 начальник Управления танковой программы (МАНТАК) по выпуску Меркавы] заметил, что рабочие 10-й мастерской пренебрегают работой. Некоторые из них были новыми рабочими, недавно принятыми. Они открыто играли и курили сигареты. Даже когда проходил командир завода или командир МАША [ремонтного центра], они продолжали равнодушно сидеть. Орбах с беспокойством рассказал про это Талю. Он опасался, что МАНТАК не выдержит график производства танка. Таль не понимал причин такого положения. Он вызвал командира МАША, командира завода, работников РАПАТ [управление по разработке танка] и МАНТАК и отругал их. Командиры МАША сказали, что их люди работают как следует, но не хватает прорабов, звеньевых и так далее. Таль немедленно обратился к главному офицеру службы вооружений Бен-Басату и командующему танковыми войсками Амнону Решефу и попросил их, чтобы они разрешили прикомандировать к МАША на два-три месяца сверхсрочников, старшин и старших сержантов, как можно больше, для работы звеньевыми. Командиры МАША заявили, что на каждое звено из трех рабочих требуется звеньевой. На завод Меркава отправили двенадцать прапорщиков-сверхсрочников, но и это не помогло. Таль договорился с главным офицером службы вооружений, что он призовет на резервную службу для завода Меркава самых блестящих и отличившихся в профессиональном плане людей из службы вооружений в званиях прапорщика, начальников гаражей и т.д., и если это получится, их служба будет засчитана как оперативное дежурство. Каждый месяц будут призывать новый набор, так чтобы как минимум в течение года звеньевыми работали лучшие люди. Но, к расстройству Таля и Орбаха, никакого улучшения темпа работы не произошло.

Таль позвал на помощь Ханана Авреха, работника ТААС, работавшего с ним по проектированию Меркавы за несколько лет до этого. Полагая, что Авреха в МАША не знают, Таль попросил его покрутиться два дня по заводу Меркава и провести для него "поверку ног", то есть статистическую проверку, сколько человек реально работают. Формула, по его мнению, была в том, что каждый, кто стоит на двух ногах, даже если ничего не делает, будет считаться работающим. И кто держит инструмент, даже если в это время он спит в корпусе танка, будет считаться работающим. Через два дня Аврех представил Талю свои результаты, и оказалось, что в среднем работали три человека из ста на каждый данный момент. Это было решающее доказательство для Таля, что работа идет неправильно.

После получения результатов проверки Таль приехал в МАША без предупреждения. Он приказал собрать всех рабочих, и когда они собрались, он приказал гражданским стать в одном месте, сверхсрочникам в другом, а резервистам в третьем. Он повернулся спиной к сверхсрочникам и резервистам, и обратился только к гражданским. Он попросил всех, у кого есть сын солдат, поднять руку. Многие это сделали. И тогда он сказал им:

- Я пришел сказать вам только одно: вы убийцы ваших сыновей. Я вас презираю. С одной стороны, я знаю, что условия работы у вас недостаточно хорошие и зарплаты плохие, и вам положено больше. Этим пусть занимается профсоюз. Но есть государства, где таких людей, как вы, поставили бы к стенке за саботаж. В просвещенных государствах таким, как вы, было бы нечего есть, потому что вас бы выкинули с таким пятном, что ни один работодатель больше бы вас не принял. Так как у меня нет возможности сделать вам ничего из этого, и поверьте мне, что я бы с удовольствием это сделал, то с завтрашнего утра, если здесь не начнут работать, как черти, тут снаружи будут скамейки, я привезу полевую кухню, тут будет кофе, тут будут солдатки, которые будут вам подавать кофе, и я никогда не позволю вам ни притронуться к Меркаве, ни работать в МАША. Вы будете получать зарплату, потому что уволить вас нельзя. Я сниму вас для израильского телевидения, и я выступлю там и скажу, что я показываю вас перед вашими семьями как вы есть на самом деле. У вас дома думают, что вы работаете и делаете танк, так пусть знают правду о вас, и пусть ваши сыновья вас увидят. Это всё, что я сделаю. Я вас побалую, не волнуйтесь.

Сверхсрочникам Таль сказал:

- Вас завтра утром арестуют, у меня есть ордера на арест для всех вас. Будет специальный трибунал, и вас будут судить по закону о военном судопроизводстве.

Резервистам он сказал:

- Я приготовил "приказы номер 8" [экстренная мобилизация]. По мне, можете не работать, но вы тут будете целый год. Вы в своей подлости сидите по пятницам в гостиных, едите арбузы и лузгаете семечки, и ругаете бездельничанье в армии. Я опубликую ваши имена и вашу старательность во всех газетах и по телевидению. Вы в гостиных больше говорить не будете.

После этого он обратился ко всем и сказал:

- Я презираю вас от всего сердца, и с завтрашнего утра, если вы не будете работать, хотя мы по причинам секретности не хотели пускать сюда иностранных рабочих, меня уже ждут в компании Кур десять иностранных рабочих из Португалии, автомеханики высшего класса. Все работники РАПАТ, инженеры, будут звеньевыми, и они будут работать с португальцами, и мы будем вместе двенадцать звеньев, тридцать шесть человек вместе со мной. Мы соберем танк и покажем вам, как у тридцати шести человек выработка в пять раз больше, чем у вас.

Закончив свою речь, он ушел. После полудня к нему уже пришли люди и сказали, что на заводе произошел поворот. Темп сборки танков резко вырос. Это серьезное происшествие больше не упоминалось на заводе Меркава, как будто его никогда не было".



Сборочный цех завода Меркава, 1980.